Главная
Новости Встречи Аналитика ИноСМИ Достижения Видео

Полная стенограмма "Прямой линии" с Владимиром Путиным

- Владимир Владимирович, это центр обработки сообщений, по-другому его называют колл-центр. Прямо сейчас человек вас спрашивает о чем-то в прямом эфире. Кстати, сразу скажу, это одна из новинок сегодняшней «линии».

- Телефонистка в данный момент принимает звонок. Мы видим, что это звонок из Омской области. Кстати, это видеозвонок. Этот звонок про дороги. В этом году просто шквал звонков про дороги. Давайте послушаем, что она хочет спросить.

В. Путин:

- Да. Давайте. Про дороги – это значит, без разогрева мы сегодня будем говорить.

- Здравствуйте, Владимир Владимирович. Меня зовут Екатерина. Я представляю граждан Омской области, Омска. У нас такой вопрос, один из немаловажных. Это наши дороги. Посмотрите, в каком они у нас состоянии, яма на яме, у нас машины ломаются, колеса отваливаются. Власть никак не реагирует на наши проблемы, просьбы. Мы устраиваем акции, петиции. Власть мимо проходит. У нас нет ни дорог для граждан, ни велодорожек, вырубаются деревья, грязь. Это центр города. Вот метро долгожданное, которое ждет весь город, которое не строится. Нам говорят, что когда-нибудь оно построится.

Владимир Владимирович, у города Омска предстоит скоро 300-летие. Это знаменательная дата. Все граждане надеются, что хотя бы к этому празднику наш город будет благоухать, с дорогами, в зелени, о чем мы очень просим.

Аудио: Вопрос Владимиру Путину из Омска про дороги

В. Путин:

- Катя, проблема действительно обострилась, как ни странно. Потому что некоторое время назад мы создали региональные дорожные фонды и направляем туда значительное количество ресурсов. Но в последнее время… Я вчера смотрел вопросы, вчера целый день этим занимался. Действительно, по дорогам, по состоянию дорог в этом году очень много вопросов. Видимо, не случайно. Потому что когда я увидел структуру вопросов, что дорожная тема занимает там значительное место, обеспокоенность у людей большая, и не только в Омской области, в Омске, но и в других регионах Российской Федерации, посмотрел, как тратятся эти дорожные фонды. И выяснилось, что денег там, в общем-то, немало, но очень много средств уходит нецелевым образом на решение других задач. В этой связи, мы с правительством еще подумаем, но я считаю, что, конечно, надо будет: первое – окрасить расходы из дорожного фонда. Против чего раньше всего возражали руководители регионов Российской Федерации. Потому что это было для них и является до сих пор определенным загашником, что ли, из которого можно взять средства на другие цели. Потому что это не запрещено законом. Нужно окрасить эти средства и сделать так, чтобы средства шли именно на дорожное строительство или на капитальный ремонт. Тем более что на капитальный ремонт из дорожных фондов расходуется не больше чем 10% сегодня.

Второе. Что можно сделать оперативно и дополнительно. В этом году принято решение увеличить акцизы на моторное топливо на 2 рубля. Изначально мы планировали, что все эти деньги пойдут как раз в региональные дорожные фонды. Но Минфин, сейчас стало известно, в силу известных сложностей с бюджетом (Минфину тоже нелегко приходится, чтобы сбалансировать бюджет) планирует забрать эти 2 рубля в федеральный бюджет. Думаю, что здесь нужно найти компромисс и как минимум 1 рубль все-таки оставить в дорожных фондах регионов Российской Федерации. Это примерно около 40 миллиардов рублей, и в целом это, надеюсь, повлияет на качество дорог. Что касается Омска, то, конечно, нужно к 300-летию привести город в порядок, тем более дорожную сеть. Для этого необходимо и в регионах Российской Федерации переходить на то, что сейчас делается на федеральном уровне. Имеются в виду так называемые контракты полного цикла – от строительства дорог до их обслуживания и ремонта, чтобы фирма была заинтересована в качестве работы изначально. Для начала, наверное, такие меры нужно принять. Думаю, что в ближайшее время мы это и сделаем.

- Людмила Сафронова из Москвы спрашивает про цены. «В прошлом году я покупала продукты на всю семью на неделю и тратила 5 тысяч рублей. Спустя год – это не меньше 10 тысяч. Получается, в два раза больше. А правительство говорит, что инфляция – 12,5 % в год. Кому верить – правительству или чеку из магазина?»

В. Путин:

- И чеку, и правительству. И скажу почему. Здесь нет никакого противоречия. Правительство говорит о средней инфляции по году. Но она не 12,5, она 12,9 %. Что касается вклада в инфляцию различных составляющих, то рост цен на продукты питания является существенным в этом смысле. И в прошлом году, в начале особенно, цены подросли существенным образом. Где-то, по-моему, на 14 %. Но в третьем квартале текущего года цены на основные группы продовольственные они даже снизились. В начале этого года рост составил где-то 2,2 %. Поэтому правительство нас не вводит в заблуждение. Так и есть действительно, 12,9 %. Это немало. Но на продовольствие нужно обратить особое внимание. В известной степени это и, честно говоря, рукотворный результат – рост цен на продовольствие. Почему? Потому что мы же в качестве ответных мер на санкции Запада ввели ограничения на ввоз продуктов питания из-за границы. Мы сознательно пошли на этот шаг, имея в виду, что это создаст условия для развития нашего сельского хозяйства, освободит рынок. Так и получилось. На фоне общего падения ВВП в 3,7 % и промышленности в 3,4 %, сельское хозяйство выросло на 3 %. И это существенная составляющая нашей экономики и жизни людей. Потому что на селе проживает, напомню. 40 млн. граждан Российской Федерации. Но и в целом, что называется – в долгую, мы исходим из того, что это даст позитивный, безусловно, эффект. Повысит нашу продовольственную безопасность, создать нормальные условия для жизни, улучшит условия для жизни на себе, поскольку перспективы будут улучшаться. Поэтому надеюсь, даже почти уверен, что это временное явление. И постепенно, по мере насыщения рынка российским, отечественным продовольствием, будут снижаться и цены. Во всяком случае, они будут стабилизироваться. Сейчас мы как раз это и наблюдаем. Но в целом, конечно, я прекрасно понимаю, отдаю себе отчет в том, что людям, потребителям… все-таки для них это нагрузка.

- «Все в России начали экономить, на чем стали экономить лично вы? Тамара Георгиевна. Москва».

В. Путин:

- На времени. Это самое дорогое, что у нас есть.

- Приходько Наталья из Москвы спрашивает: «В экономическом блоке правительства с завидным постоянством говорили о том, что мы нащупали дно кризиса, а то и оттолкнулись от него. Семь раз уже вот насчитали таких слов. Как вы оцениваете, где сейчас находится российская экономика и, вспоминая большую пресс-конференцию, в конце 2014 года, какая сейчас полоса – черная или белая?»

В. Путин:

- Серая. Потому что ситуация еще не исправилась, но все-таки тренд положительный. Я уже сказал, что у нас спад ВВП был 3,7%, в этом году правительство исходит из того, что у нас сохранится небольшой спад, но уже только 0,3%. А в следующем году ожидается рост – 1,4%. В этом смысле действительно, достаточно трудно нащупать это дно. Но вот оно как бы показано нам правительством. В этом году еще небольшой спад, а в следующем году подъем. Вот я специально взял таблицу с собой, чтобы не напутать в цифрах. Я уже говорил о ВВП, о промышленном производстве, есть, к сожалению, и другие минусы, существенные для наших людей, о чем мы никогда не должны забывать, а работать над тем, чтобы преодолеть эти тенденции. А именно – располагаемые доходы, реальные доходы населения снизились на 4%. А реальная заработная плата еще больше. Но что вселяет оптимизм? Есть абсолютно позитивные вещи. Например, рост в сельском хозяйстве – я уже сказал, 3%. Жилищное строительство в прошлом году достигло максимума. 85 с лишним миллионов квадратных метров. Это рекорд. Теперь, у нас сохраняется на низком уровне безработица – 5,6% всего. Небольшой рост есть, но очень небольшой по сравнению с докризисным временем. Материнский капитал мы проиндексировали, он 453 тысячи рублей. Сальдо торгового баланса, несмотря на падение цен на нефть, а цены упали в два раза практически, сальдо торгового баланса, то есть, мы зарабатываем больше, чем мы тратим, 146 миллиардов рублей. Это хороший показатель. Сохраняются резервные фонды. Международные резервы России вернулись к началу 2014 года – 387 миллиардов рублей. То есть, и дефицит на минимальном уровне находится, даже меньше, чем планировали – 2,4%.

- Вот еще вопрос – говорят, национальных резервов остается на один год. Хватит ли у нас их, чтобы пройти кризис?

В. Путин:

- Вот я только что сказал, резервы Центрального банка, или так называемые международные резервы государства, вернулись на уровень начала 2014 года, даже чуть больше – были 385,5 миллиардов долларов, а тали 387 миллиардов долларов. Ну и резервные фонды правительства – напомню, что у нас их два – резервный фонд и фонд национального благосостояния – они уменьшились, но очень на незначительную величину и сегодня составляют 50 и 71 миллиард долларов. Это 10,5% ВВП страны. Что это значит? Это значит, что, если тратить их в том режиме, в котором мы тратили их, скажем, в прошлом году, то нам резервных фондов, если не пополнять и ничего не делать, как минимум, мы их сохраним еще в течение четырех лет. Но мы-то планируем, что в следующем году будет уже рост экономики и поэтому и резервных фондов, наверное, не потребуется столько тратить. Даже столько, сколько мы тратили. Так что здесь никаких опасений быть не может. Вот эти 10,5% значит чего? Если вообще прекратить все делать, совсем, прекратить всем работать, как говорят, шило в стенку, четыре месяца можно жить, вообще ничего не делая, страна может замереть на четыре месяца, и будет существовать.

- Тема дна кризиса не перестает волновать людей. Не смущает ли вас, что экономическая дискуссия сейчас сводится всего к трем темам. То самое дно кризиса – когда достигнем? Когда подорожает нефть? Не напечатать ли еще денег? На этом фоне в мире происходят технологические сдвиги. Появляются новые рынки, создаются новые торговые союзы по типу транстихоокеанского партнерства. То, что сейчас называют альтернативой ВТО. Нет ли у вас ощущения, что мы замкнулись внутри себя, внутри страны и можем оказаться где-то за бортом глобальных экономических процессов? Спрашивает Оксана Стычинская, Липецкая область.

В. Путин:

- Можно сказать и Оксане, и всем другим нашим гражданам, которые внимательно следят за тем, что происходит в нашей экономике, и за тем, как она развивается, можно сказать следующее. Что это только на поверхности обсуждается, в прессе, и то не в экспертном сообществе, обсуждаются эти три основные темы, которые вы сейчас назвали. Напечатать ли деньги, включать ли станок. Цены на нефть и так далее. На самом деле настоящие дискуссии сосредоточены совсем на другом. Главное – это как обеспечить приток инвестиций. Как повысить эффективность и как обеспечить спрос. То есть поднять доходы населения. И здесь, правительство сейчас думает над этим, совсем недавно обсуждали эти вопросы, как оказать помощь наиболее уязвимым категориям граждан. Чрезвычайно важная вещь. Потому что у нас и уровень людей, проживающих за чертой бедности, чуть-чуть приподнялся, это тревожная тенденция. Мы это видим и обязательно будем на это реагировать. Ну и что здесь правительство собирается делать? Главное – это не напечатать деньги, главное – изменить структуру экономики. Это очень сложная вещь. Но все-таки движение по этому направлению у нас есть. И признаки этого заключаются, например, в том, что у нас увеличилось промышленное производство. Кстати, впервые в феврале мы отфиксировали изменение этой тенденции в положительную сторону. И экспорт высокотехнологичной продукции тоже увеличивается по сравнению с экспортом природных ресурсов. Так что в реальной жизни мы, конечно, никак не ограничиваемся вот теми составляющими, о которых вы сейчас сказали.

- Правда ли, что Алексей Кудрин возглавит Центр стратегических разработок и будет писать новую экономическую программу?

В. Путин:

- Мы с Алексеем не так часто встречаемся, может быть, как нам бы с ним хотелось, но все-таки эти встречи проходят регулярно. Я очень высоко ценю его вклад в прежнее развитие нашей экономики. И он является, безусловно, одним из очень крепких и полезных экспертов. Мы договорились с ним о том, как вы знаете, он так отказывался работать в административных органах, но теперь я вижу, что у него позиции изменились несколько. Ситуация непростая. Он готов внести свой вклад тоже в решение этих задач, перед которыми стоит страна. Мы договорились, что он более активно будет работать в экспертном совете при президенте. Может быть, будет одним из заместителей этого экспертного совета. И на площадке одной из эффективно работающих структур, в том числе созданных ранее, может быть, и вот этого Центра стратегических исследований, будет заниматься вопросами, связанными со стратегией развития на ближайшее время, после 2018 года и на более отдаленную перспективу.

- Давайте перейдем от экономики к внешней политике. Сирийская кампания, безусловно, стала большим успехом…

В. Путин:

- Мы с вами только втроем будем разговаривать?

- Сейчас дадим слово всем. Давайте проговорим про сирийскую кампанию, про Сирию. Тем более что успехи России тут действительно признали все. Операция наших ВКС серьезно подорвала потенциал ИГИЛ, но большая часть наших ВКС ушли из Сирии. Хочу спросить, не отрастет ли у этой ИГИЛовской гидры новая голова?

В. Путин:

- Такая опасность всегда существует, если не уделять должного внимания борьбе с терроризмом. Мы видим, что от этой опасности, от этой заразы страдают многие страны мира – и Ближний Восток, и Азия, и Соединенные Штаты, и европейские страны. Про Россию уж не говорю, мы знаем, что это такое, несли большие потери в борьбе с терроризмом, и угроза эта сохраняется. Но дело ведь не в том, что мы ушли и всё бросили. Обращаю ваше внимание на что? На то, что мы значительную часть нашей группировки вывели, но после вывода нашей основной части группировки мы оставили сирийскую армию в таком состоянии, что она при поддержке оставшейся части группировки в состоянии проводить серьезные наступательные операции, и уже после вывода части наших войск заняла Пальмиру, заняла ряд других важных в стратегическом отношении населенных пунктов. Количество населенных пунктов, присоединившихся к перемирию, увеличилось за это время. И мы очень рассчитываем, что не применение вооруженной силы с обеих сторон при поддержке кого бы то ни было, в том числе и при нашей поддержке, приведет к умиротворению, а политический процесс. Нужно договориться, всем сесть за стол переговоров, принять Конституции, на основе этой Конституции провести досрочные выборы и таким образом выйти из кризиса.

- Как считаете, далеко до освобождения Алеппо, а потом и Ракки.

В. Путин:

- Там проблема в том, что вокруг Алеппо очень сложная ситуации. Это стратегически важный регион Сирии. Почему? Потому что это второй по величине город и, может быть, даже промышленная столица страны. Там и так называемая вооруженная оппозиция присутствует, и рядом с ней Джабхат ан-Нусра. Это международно признанная террористическая организация. Разделить их очень сложно. Ведут они себя по-разному. В настоящее время предпринимают попытки улучшить свое положение. Сирийской армии не нужно улучшать этого положения. Потому что она перед объявлением о перемирии сделала то, что хотела. Мы им помогли. Им не нужно ничего улучшать. А вот оппозиция пытается вернуть то, что она утратила. Кстати говоря, воюет там в основном не сирийская армия, а курдские формирования и некоторые другие вооруженные группировки – и между собой, и против курдов. Мы внимательно за этим смотрим и, конечно, сделаем все, чтобы ситуация не ухудшилась.

- Видеовопрос, который прислал Дмитрий Дудкин из Челябинска.

«Здравствуйте, Владимир Владимирович. Вас беспокоят с города Челябинска. Меня зовут Дмитрий. Я работаю на ЧМЗП – то есть, Уралавтоприцеп. Мы выполняем госзаказ на оборонку, делаем прицепы. В общем, проблема такая, что задержка идет очень большая. На три месяца задерживают зарплату. Плюс еще, допустим, они не выплачивают полностью – если дают, то кусками небольшими. В общем, беда в этом. У меня четверо детей. Спасибо».

В. Путин:

- А как предприятие называется?

- Предприятие называется Уралавтоприцеп.

В. Путин:

- Значит вот это предприятие – Уралавтоприцеп – это предприятие относится к автомобильной отрасли. Эта отрасль является одной из наиболее пострадавших в результате кризиса. Объемы продаж значительным образом сократились. Ведь у нас чего происходит? Если сказать совсем коротко, цены на нефть упали, заказы от нефтегазового сектора сократились, сократилась для металлургов, для всех подряд, соответственно, по цепочке. Доходы в этой связи припали. Я сказал, что у нас на низком уровне находится безработица. Я вижу, что многие предприятия стараются что делать? Не увольнять работников, но, конечно, не выплачивать зарплату при этом тоже не дело. Что касается этого предприятия, я, конечно, не знаю, что там конкретно происходит, но, поскольку оно относится к автомобильной отрасли, то могу сказать, что на автомобильную отрасль, вообще вот в антикризисном плане правительства прописана поддержка конкретных наиболее страдающих от кризиса отраслей. Среди них первое место занимает автопром. На его поддержку выделено свыше 40 миллиардов рублей. Конечно, все там расписано. Но я обязательно поговорю с коллегами, в том числе, с Минпромом, с министром, чтобы они обратили внимание на это предприятие. И если хоть какая-то возможность есть, то ему, конечно, надо помочь. В чем еще там может быть проблема? Проблема может быть в том, что некоторое время назад мы с целью, как ни странно, поддержки наших производителей, ввели так называемый утилизационный сбор, который удорожает конечную продукцию, но, имея в виду вот эти инструменты поддержки, в конечном итоге не должно влиять в худшую сторону, а, наоборот, должно помочь в конкурентной борьбе с иностранными производителями. Вот что касается этих автоприцепов, которые их завод производит, на них тоже распространяется этот утилизационный сбор. Ввели его совсем недавно. И я не уверен, что это решение было до конца продумано. Считаю, что в данном конкретном случае и для данного вида продукции этот утилизационный сбор должен быть отменен и мы обязательно с правительством об этом поговорим. И это должно привести и к улучшению финансового состояния и самого предприятия. Я обещаю, что мы посмотрим повнимательнее, что там происходит.

- Так получилось, что задержка зарплат – это проблема именно этого года в регионах.

В. Путин:

- Ну да. Ну, раньше тоже были задержки, но не было такого количества, да.

- Владимир Владимирович, помимо задержки зарплат, еще одна очень больная тема – это лекарства. Вот несколько обращений. «Цены в аптеках, как в ювелирном магазине», - это Ивановская область. «Жадная аптечная мафия грабит беззащитных людей», - это Архангельск. Вижу звонок на эту тему. Давайте попробуем вывести его в эфир. Звонит нам Дмитрий из Москвы. Дмитрий, слушаем вас.

- Здравствуйте, Владимир Владимирович. У меня вопрос про лекарства. Мои родители жаловались мне, что в аптеках нет недорогих отечественных лекарств. А недавно я и сам столкнулся с этой проблемой. Так почему так получается, что на полках лежат только дорогие импортные лекарства?

В. Путин:

- Я не думаю, что на полках лежат только дорогие импортные лекарства. Некоторые хотят, кстати говоря, чтобы они там были. Есть и отечественного производства. А мы, кстати говоря, несколько лет назад целую программу анонсировали и осуществляем ее. Проблему развития фармацевтической национальной промышленности. Я не помню точно, но где-то 148, что ли (такой порядок), миллиардов рублей предусмотрено, и в этом году тоже миллиардов, по-моему, 16 предусмотрено на эту программу.

Что происходит в этой сфере? Во-первых, хочу вам сказать, что, несмотря на все проблемы, как бы ни казалось, что никому до этого нет дела, правительство постоянно этому уделяет внимание. Что там происходит? Действительно, сокращение определенное есть дешевых отечественных препаратов, где-то на 2,5%. Но это сокращение по наименованиям, а по химической формуле таких сокращений нет. То есть появляются аналоги. Вот эта часть дешевой продукции, особенно если она входит в жизненно важные препараты, она регулируется государством. И в сегодняшних условиях, в условиях, когда припали и доходы граждан нашей страны, правительство пошло на что? На сдерживание роста цен. И если в целом вот эти жизненно важные лекарственные препараты выросли на 8,8%, то дешевые выросли в прошлом году, по-моему, на 16%.

В чем дело? Дело в том, что производители утверждают, что и этого роста им недостаточно. И вот это сдерживание правительством роста индексации, роста цен по сути, приводит к тому, что, по мнению производителей, производить эти лекарственные препараты для них становится невыгодно. Почему? Потому что они хоть и отечественные, но компоненты, которые входят в это лекарство, в значительной степени поступают из-за рубежа. Это так называемые субстанции. В большом объеме, скажем, из Китайской Народной Республики. И вот этот компонент, с учетом курсовой разницы, он не покрывается ростом цены.

В этой связи у правительства два возможных пути решения вопроса. Это либо субсидировать промышленность (но надо понять, есть ли в бюджете на это средства соответствующие), либо в какой-то степени отпустить эту цену. В течение 1,5-2 месяцев, может быть, какие-то другие будут найдены решения. Во всяком случае, перед правительством стоит такая задача - в ближайшие 1,5-2 месяца эту проблему так или иначе решить.

- У нас в студии есть представители фармацевтических компаний. Давайте у них узнаем, что лучше – субсидировать или отпускать цены.

- Среди наших гостей есть один из владельцев фармзавода в Самарской области. Это Виталий Олейников. Именно он производит такие востребованные лекарства, как анальгин, бромгексин, и уверяет, что делает это качественно. Виталий Анатольевич, вам есть что сказать себе в оправдание?

Олейников:

- Добрый день. Завод медицинских препаратов «Озон», город Жигулевск Самарской области. Я бы хотел начать с того, что не хотелось бы говорить в свое оправдание, потому что мы с коллегами уже 13 лет только тем и занимаемся, что выпускаем лекарства нижнего и среднего ценового сегмента, делаем это ответственно, я вас уверяю, с высоким качеством. Я сам лечусь нашими лекарствами, детей лечу, всем знакомым и друзьям рекомендую.

Но, к сожалению, действительно, Владимир Владимирович все правильно сказал, в последнее время значительная часть нашей продукции производится, будем говорить, почти в убыток, а некоторые препараты действительно пришлось снять с производства. Проблема – не только сырье. Материалы, комплектующие, оборудование, для того чтобы выпускать качественные лекарства, приобретаются в основном за рубежом за валюту. Но с валютой все знают, что происходит. А предельные отпускные цены действительно зафиксированы в рублях государством и с 2009 года практически не менялись. Причем самый удивительный лично для меня в этом аспект то, что на одинаковые лекарственные средства иностранных и отечественных производителей эти цены зафиксированы на разном уровне.

- Виталий Анатольевич, не забывайте, что краткость – сестра таланта.

Олейников:

- Я не могу так кратко. Наболело, правда. Иногда иностранные лекарства в 20 раз дороже русских, одни и те же препараты. Что получается? Сырье подорожало, в дешевых таблетках сырьевая составляющая 70%. Она в два раза увеличилась. Продавать надо по цене 2009 года. Кто будет в убыток продавать? Никто не будет. Значит, их не выпускают, вместо них на полки в аптеках ложатся более дорогие лекарства, как правило, иностранные. Мы неоднократно пытались обратить на это внимание. Пользуясь случаем, хочу попросить, Владимир Владимирович, разобраться в этом вопросе. Вопрос стоит действительно остро. Просим уравнять нас в правах с иностранными партнерами. А во-вторых, хочется… Я, может быть, неожиданную вещь скажу, но мне кажется, что на самые дешевые лекарства, на лекарства низкого ценового сегмента надо отменить ограничения цен, чтобы стимулировать их производство. Потому что вы говорили про компенсации. Компенсации – механизм, на наш взгляд, не рыночный. Как он будет осуществляться, сложно сказать. А если мы отменим, тогда дешевые лекарства в аптеки придут, их там будет больше, отечественная промышленность будет развиваться лучше. А так закроются наши заводы совсем.

В. Путин:

- Если цены резко поднять, они уже не будут дешевыми. Но надо сбалансированное решение. Я сказал, в течение 1,5-2 месяцев правительство обещало (я надеюсь, это обещание будет выполнено), решение примет. Мы с вами сказали, какие пути здесь возможны для исправления ситуации, может быть, баланс какой-то. Скорее всего, баланс должен быть. Но то, что некоторые предприятия действительно на грани рентабельности работают, здесь коллега наш не покривил душой, так оно на самом деле и есть. В этом дешевом сегменте стоимостью в районе 50 рублей. Правильно я говорю?

- Вопросов на тему экологии действительно очень много. И один из них прямо сейчас готов задать экологический активист Ильдар Неверов.

Аудио: Вопросы Владимиру Путину о том, какими лекарствами лечится он сам, как будут развиваться отношения с Турцией и вопрос от Вари Кузнецовой (кого бы спас Путин: Обаму или Порошенко)

Неверов:

- Добрый день, Владимир Владимирович. Меня зовут Неверов Ильдар, я предприниматель. Я занимаюсь мусором, вторичным сырьем. И меня крайне беспокоит вопрос о том, что до сих пор у нас не создана полноценная система по обращению с твердыми бытовыми отходами. В частности, у нас нет раздельного сбора мусора в современном понимании этого слова, когда ценное вторсырье отделяется из общего объема мусора. Как результат – полигоны захламлены, завалены неразлагающимся мусором, вплоть до экологической катастрофы в ряде случаев. Не стоит ли нам всем – власти, бизнесу, гражданам засучить рукава и прибраться в нашей стране?

В. Путин:

- Вот там коллега сидит и кивает головой. Видимо, он с вами согласен. Дайте ему, пожалуйста, микрофон.

- Алексей Репик, «Деловая Россия». Владимир Владимирович, добрый день. Я считаю, что очень хорошая идея Ильдара. Спасибо за Год экологии. Мы ждем, конечно, и годы предпринимателей, но я думаю, что сделаем нашу страну чище, и это нам по силам.

В. Путин:

- А кто еще хотел бы что-то сказать по экологии?

- Добрый день, Владимир Владимирович. Я представляю в корпусе депутата от Астраханской области и хочу вас заверить, нас очень беспокоит, астраханцев, нижняя Волга. Мы очень благодарны, что Год экологии. Мы с активистами Общероссийского народного фронта провели акцию в поддержку нижней Волги. Потому что нижняя Волга это нерест рыбы, это сельское хозяйство, это питьевая вода. Владимир Владимирович, мне кажется, что те гидросооружения на Волго-Камском бассейне, они не отрегулированы по даче воды. И от этого в основном страдают волжане. Меня поддержали мои коллеги в Государственной Думе, партия «Единая Россия». Извините, Владимир Владимирович, мы собираем сейчас подписи, провели акцию, на ваше имя уже собрали более 50 тысяч подписей. На сегодняшний день эта проблема встала… Вопросы ЖКХ ушли на второе место. Все люди, и партийные, и беспартийные, поднялись поддержать эту инициативу. Это очень важно.

- В чем ваш вопрос?

- Владимир Владимирович, будьте добры взять под личный контроль отрегулировать систему гидросооружений на Волго-Камском бассейне. Маловодье, судоходство и то, что влияет на нерест рыбы. А это жизнь. Вода – это жизнь.

В. Путин:

- Согласен. Давайте буквально два слова скажу по Волге и по другим водным путям, большим нашим рекам. Действительно, проблема есть, и она требует особого внимания со стороны и региональных, и федеральных властей. Это и судоходство. В некоторых местах в прежние годы судно доходило до определенной точки, пассажиры высаживались, проезжали часть пути на автобусах, а потом опять садились на судно. Потому что мелководье, судно не проходит. Надо чистить русла рек. Надо внимательно относиться и к гидросооружениям. Там есть проблемы действительно, сейчас не будем углубляться, причем эти проблемы не решаются уже годами, если не сказать десятилетиями. Ну и, конечно, чистота воды в дельте Волги, где у нас осетры, много фауны прекрасной, совершенно необычной. Знаете, сколько ширина Волги, дельты Волги? 290 километров. Это одна из самых больших дельт в мире, сравнима с Миссисипи. Это отдельный мир, и, конечно, он требует отдельного повышенного внимания.

Теперь что касается отходов. Это проблема, это правда. В нашей стране проблема. Отходов у нас примерно 5,4 или 5,6 миллиардов тонн в год. Мы продуцируем столько отходов. Только половина из них утилизируется, а половина просто закапывается. Причем эта вторая половина, которая закапывается или выбрасывается куда-то, вот этот процесс является неконтролируемым и очень криминализированным. И в этой связи, конечно, нужно совершенствовать и нормативно-правовую базу, нужно повысить внимание, прежде всего региональных властей, к этой работе. И, безусловно, востребован контроль со стороны общественности. Потому что в некоторых местах людям просто жить невозможно рядом с этими свалками. Я прошу активистов Общероссийского народного фронта обратить особое внимание на это. С учетом высокой криминализации этой сферы, действительно, это фронтовая работа. Это без всякого на то преувеличения.

Теперь по поводу самих этих заводов и того, что нужно делать. Закон-то принят у нас в конце 2014 года, в ноябре или декабря 14-го года, но эти заводы можно строить, они будут эффективно работать, все будет экономически обосновано, если будет осуществляться так называемый экологический сбор. Начало этого сбора отнесено на 17-й год. Почему? Да как раз в силу экономических сложностей, чтобы не нагружать дополнительно производителя, чтобы он не сокращал рабочие места, чтобы вовремя смог выплачивать заработную плату. И сейчас много проблем по этим самым чувствительным, самым важным для наших граждан направлениям. Правительство посчитало, что если нагрузить еще и утилизационным сбором, то промышленности будет совсем тяжело. Но все-таки с начала 17-го года он должен быть введен.

И здесь существует три варианта решения вопрос. Первый – это когда те предприятия, которые производят этот мусор, они большие, самодостаточные, они могут сами строить утилизационные заводы. Второй вариант – это когда предприятие, генерирующее эти отходы, само не может, тогда они могут объединиться в рамках региона и нанять оператора. И третий вариант – когда это вообще экономически нецелесообразно для частного бизнеса, потому что отдача будет слишком нескорой. В этом случае государство само тогда должно построить такие заводы. Но это касается каких-то сложных отходов – батарейки всякие, промышленные отходы, телевизоры, холодильники и т.д.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники

432
Похожие новости
06 декабря 2016, 20:27
06 декабря 2016, 21:57
06 декабря 2016, 18:57
05 декабря 2016, 19:27
06 декабря 2016, 17:27
06 декабря 2016, 18:27
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Новости партнеров
Комментарии
Подпишись на новости
 
 
Популярные новости
02 декабря 2016, 12:57
03 декабря 2016, 14:42
02 декабря 2016, 17:42
30 ноября 2016, 19:42
03 декабря 2016, 21:57
02 декабря 2016, 15:57
02 декабря 2016, 13:57